9 мая в разных странах.

[Роман988]

Мой племянник, еще месяц назад начал готовиться к акции "Бесмертный полк". Сегодня шел с портретом прапрадеда и в глазах его была радость. А у моей сестренки, его матери в глазах были слезы радости за своего сына. Думаю предки заслужили это. И не надо мне говорить про пиар ради пиара.
З.Ы. Денис, оглянись вокруг, жизнь прекрасна, ты же нашел своп счастье в том, что роешься в грязном белье соседа.

[voffka78]

Он обязательно найдёт что нибудь в помойке!
Проходите мимо!

[ivanishimcev]

Сообщение от voffka78

Он обязательно найдёт что нибудь в помойке!
Проходите мимо!

Да этот падонок уже несколько раз показал свою гнилую личину, еще и в великий праздник пытается тут свои гадкие мыслишки высерать, недавно радовался смерти пожилого человека, а сейчас глумится над проявлением искренних чувств россиян, которые чтут и помнят подвиг своих предков.

[ryzhijlisik]

а бессмертных полков всё-таки было два.
в одном участвовали искренне, а другой создавался "за деньги"

Развернуть для просмотра

«Одухотворенные лица» на акции «Бессмертный полк» стоят на 200 рублей дороже

На московскую акцию «Бессмертный полк» собирали массовку, следует из объявлений на сайте Массовки.ру. В одном из объявлений говорится, что нужны люди для участия в съемках документального фильма:

По сюжету вы — участники шествия „Бессмертный полк“. Надо нести конструкции с портретами и явиться в одежде без мелких узоров, которая плохо выглядит на телеэкране. Предлагают 800 рублей. http://massovki.ru/viewtopic.php?f=122&t=239980

Еще одно объявление от того же пользователя сулит уже 1000 рублей — но лишь людям с „красивыми, одухотворенными лицами“, которые будут снимать крупно. http://massovki.ru/viewtopic.php?f=61&p=4509801..

Еще одним объявлением набирают молодых таджиков — для фильма про вклад Таджикистана в победу. Им тоже обещают по 1000 рублей, — сообщает Newsru.com.

В прошлом году акция собрала, по оценке организаторов, до полмиллиона человек и прошла по Красной площади.

Название акции «Бессмертный полк» придумали сотрудники лишенной эфира телекомпании ТВ-2 в 2012 году в Томске. Тогда по центральной улице города прошли более 6 тысяч человек с портретами родственников-фронтовиков. После к поддержке формата подключились «Единая Россия» и провластный «Общероссийский народный фронт», и в прошлом году акция прошла во многих городах России и за рубежом.

[свернуть]

[Geo74]

По моему, тебе пора к органам за антинародную, антироссийскую, антиправительственную пропаганду. Т к являешься участником информационной войны против РФ.

[Хасковод]

Geo74, не перегибайте палку

[Сергей Додышев]

Сообщение от Хасковод

Geo74, не перегибайте палку

Ворон-ворону? Ни чего он не перегибает. Ответственность будет. Пусть даже не сомневается.

[ryzhijlisik]

Каким боком ко мне антинародная и антироссийская?
Или те, кто против власти, теперь против народа?
Чудны дела твои, господи.

[Ёсик]

Сообщение от Geo74

Т к являешься участником информационной войны против РФ.

То что он пишет не является правдой ? Обоснуй.

[ryzhijlisik]

рассказик произвёл впечатление.

Повторение пройденного

Сегодня в кедровой роще на Picnic Site я столкнулся с большой группой русских туристов, приехавших сюда отметить шашлыками день Победы.

Кое какие их разговоры между собой долетали до меня, пока я жарил на углях свои сосиски.

Они очень сожалели, что "Турция не пускает к себе русских туристов".

Потому что "раньше, мы 9-го мая искали по всему Кемеру немцев и пи$дили их", а тут, на Кипре, немцев нет и пи$дить по случаю 9-го мая некого?

"А может англичан?" – подал мысль один из них, но ему возразили, что англичане были "нашими союзниками".
На возразившего зашикали, что англичане были не настоящими союзниками, а только притворялись.

Потом была дискуссия, настоящими или притворными союзниками были англичане, переросшая в единодушное мнения, что "нам надо повторить, потому что они в 1945 году ничего не поняли".

И тут я представил себе вживую, как бы они "повторяли бы успех дедов". И написал об этом рассказ.

Развернуть для просмотра

Повторение пройденного

Куликовы запаздывали.

— Ну, позвони еще раз, — нетерпеливо напомнил Петр Кузьмич жене.

— Так звонила только что, абонент недоступен…

— Ну тогда без них на шашлыки поедем! Сами виноваты! Нас тоже ждать никто не будет, все уже, небось, давно собрались.

— День Победы все же, — неуверенно возразила жена, — они всерьез обидятся…

Раздался звонок в дверь.

— Ну вот и они, — Петр Кузьмич вышел в прихожую и открыл.

В квартиру ввалились два здоровяка, ряженые в военную форму, стилизованную под 30-е: синие фуражки, синие галифе, гимнастерки цвета хаки.

— Это ваша машина? — с ходу, в лоб, даже не поздоровавшись, спросил один, протягивая Петру Кузьмичу фотографию.

— Моя, — ответил Петр Кузьмич с ёкнувшим сердцем, — что с ней?

— Не волнуйтесь, с ней все в порядке. А вот надпись "1941-1945! Можем повторить!", это вы сами наклеили?

— А вам какое дело, — ответил Петр Кузьмич с вызовом, — имею право!

— Нет, нет, конечно, имеете право, — заверил его один из ряженых, — мы тут, собственно, как раз для этого, чтобы помочь вам реализовать это ваше право.

— В смысле? — не понял Петр Кузьмич.

— Ну в смысле, вы же сами написали на машине "Можем повторить". Вот мы и предлагаем поехать с нами и повторить то, что было в 1941-1945 годах. Раз уж вы высказали такое пожелание, — отчетливо выговорил он, глядя в недоумевающие глаза Петра Кузьмича.

— А-а-а! Так вы реконструкторы? — наконец догадался Петр Кузьмич. — Спасибо, ребята, за приглашение, но как-нибудь в другой раз. Сегодня праздник, мы едем на шашлыки, у нас большая компания…

— Знаем, — перебил его ряженый, — так в том-то и дело, что вся ваша компания — у нас, все уже переоделись, только вас не хватает.

— И Куликовы? — спросил Петр Кузьмич, вспомнив, что Игорь как раз вчера вроде бы намекал на какой-то сюрприз на шашлыках.

— Игорь Иванович Куликов ждет вас в машине, внизу, — отчетливо сказал другой.

— Ну это как-то неожиданно все, надо собраться, подготовиться…

— Вам все дадут! Все уже готово, ждем только вас.

— Ну, минутку, сейчас жена переоденется.

— За ней потом заедут, у нас там внизу АМО-ЗИЛ, полуторка, грузовой, не для женщин. За ней через полчаса легковая машина заедет.

— Эмка, — уточнил другой, — в смысле — ГАЗ-М.

У подъезда и в самом деле стоял раритетный довоенный автофургон. На нем была аутентичная, довоенным шрифтом надпись "Хлеб" и вполне современная графика, с георгиевской ленточкой, российским триколором и большой надписью "1941-1945! Приглашаем повторить!"

— Круто! — восхитился Петр Кузьмич и пролез вовнутрь.

Следом влезли ряженые. Дверь с шумом захлопнулась, фургон тронулся, толчком опрокинув Петра Кузьмича на скамейку.

Внутри было почти темно. Только сейчас Петр Кузьмич заметил, что в фургончике только одно маленькое зарешеченное окошко. В полумраке он разглядел, что напротив сидят два человека в военной форме. Одни из них был Игорь Куликов, а другого, крупного и рыхлого кавказца, он не знал. На Куликове были надеты наручники, его губа была разбита, а под глазом наливался фингал.

— Вы, Петр Кузьмич, сами пошли с нами, добровольно, а вот ваш приятель — не хотел идти, — видите, как нехорошо с ним вышло, — перехватил его взгляд один из ряженных.

— А вы пока переоденьтесь в военное, — добавил другой, протягивая ему узелок, — все чистое, отстирано и продезинфицировано, не беспокойтесь.

— Я не вешал эту дурацкую надпись на свою машину, — вдруг сказал Кавказец.

— Не вешали, — согласился один из ряженных, — но это ведь ваша фирма производила эти наклейки, "1941-1945! Можем повторить". Это была ваша личная бизнес-идея, так что вам тоже придется "повторить".

— Беги, Петя, беги, — вдруг закричал Куликов.

Петр Кузьмич рванул с места и распахнул дверь, она была не заперта. И замер. Вместо городского пейзажа, который должен был быть за дверью, до горизонта тянулась выжженная дымящаяся степь, усеянная разбитой военной техникой, развалинами каких-то домов и вздувшимися трупами лошадей и людей.

— Некуда бежать, — спокойно сказал один из конвоиров, — вы сядьте, Петр Кузьмич, а то, неровён час, вывалитесь на ходу и не доживете до Победы.

— Мы сами не знаем, как это устроено, — заметил другой, — но вот так вот. Войти в этот фургон вы можете и в Москве 2016-го, а вот выйти из него — только сюда. До самой Победы!

Петр Кузьмич сел на скамейку и решил пока не переодеваться. Ситуация была дурацкая и непонятная, но должно же быть там, куда они едут, хоть какое-то начальство, хоть кто-то адекватный. Он был опытным переговорщиком и знал, что одежда многое определяет на первых порах. Если он будет одет так же, как все кругом, он мгновенно затеряется в толпе и возможно, не сможет поговорить с начальством.

Конвоиры, слава богу, не настаивали.

После полутора часов очень тряской дороги фургон, наконец, остановился.

— Приехали! — сказал конвоир и выпрыгнул наружу.

Петр Кузьмич выпрыгнул следом.

Он почти пожалел, что не переоделся, так как тут же по колени провалился в густую глинистую грязь. Воняло чем-то невыносимо, глаза тут же заслезились от едкого дыма. Из-за близлежащего пригорка ухали разрывы и густо стрекотали пулеметы.

К ним, увязая в грязи, подбежал большой страшный человек с лицом, измазанным в саже, с какими-то значками в петлицах и красными от полопавшихся сосудов глазами.

— Братцы, спасибо, — просипел он конвоирам, — Ей богу, сгинули бы тут без вас! Если бы не ваши новобранцы! Заткнули прорыв. Полторы тысячи положили, но заткнули.

— Вот еще трое, — сказал один из ряженных, — этого мало, понимаем. Но на сегодня это всё. Завтра еще привезем.

— Простите, — вы тут главный? — не выдержал Пётр Кузьмич.

— Это кто? — просипел страшный человек, обращаясь к конвоиру, — репортер что ли?

— Новобранец! — коротко ответил конвоир. — Только призвали, еще не переоделся, комплект обмундирования на руки получил.

В глазах Петра Кузьмича что-то страшно сверкнуло. Лишь спустя минуту он осознал, что лежит на земле лицом в грязи, рот наполнен кровью и осколками зубов, а сиплый голос изрыгает такие витиеватые матюки, каких ему никогда не приходилось слышать в жизни. Шатаясь от головокружения, он встал на ноги.

— Ты чего тут стоишь, быстро переодеться! А прямо тут шлепну за неповиновение, — заорал на него сиплый голос.

Строй состоял из явно необученных бойцов, даже в военной форме они выглядели по-граждански. Петр Кузьмич заметил, как некоторые тайком пытались позвонить по мобильнику. Но он уже знал – сеть тут не ловится

Пожилой маленький взводный даже не пытался навести порядок в строю. Он ходил перед строем и выкрикивал рубленные фразы зычным голосом, чтобы слышали все.

"На высоте три дота! Наша артиллерия их пробить не может! Авиации — нет! Ваша задача подойти вплотную к дотам и огнем по бойницам с близкого расстояния — подавить их! Берите с собой гранаты, кто сколько может, гранат у нас много! Если кому удастся подобраться вплотную и закинуть гранату в абмразуру, — тут он сделал паузу и с явным сочувствием глянул на строй, — тот вернется назад досрочно!

Не поворачиваться назад! Кто повернет назад, будет уничтожен огнем заградотряда! Не останавливаться! Кто остановится, будет уничтожен огнем заградотряда! Вопросы есть?"

— Товарищ командир, — нерешительно поднял руку Петр Кузьмич, — а из чего стрелять, оружия нам не дали.

— Винтовок на всех не хватает, товарищ боец, — строго сказал взводный, — берите гранаты.

— Но я очень хорошо стреляю, очень метко, товарищ командир, — сочинил Петр Кузьмич, на ходу прикинув, что с винтовкой в руках не надо будет лезть к самой амбразуре, можно будет залечь в поодаль и подождать, пока кто-то другой закинет гранату.

— Снайпер, значит, — усмехнулся взводный, — это хорошо! Рядовой Залдостанов, отдайте снайперу вашу винтовку.

К Петру Кузьмичу подошел крупный боец с трясущимися от страха руками.

— Спасибо, дурак, — прошипел он, — немцы будут сначала стрелять по тем, у кого винтовки в руках.

Он был не прав. Пулеметная очередь сразила Залдостанова одним из первых.

Немцам не надо было вглядываться, кто с винтовкой, а кто — без. Склон холма был гладкий без единого выступа, и три немецких бетонированных огневых точки на его вершине мгновенно срезали очередями любого, кто появлялся у подножия, не давая сделать ни единого шага наверх.

[свернуть]